Главная / Архитектура / Статьи /

Архитектоника для архитекторов

А.Радзюкевич, С.Пальчунов

Посвящается памяти доктора искусствоведения А.И.Некрасова, погибшего в сибирской ссылке в 1950-м году.
Будучи подражательницей природы,
архитектура не терпит, чтобы какая-нибудь
ее часть была чужда природе и далека
от того, что свойственно природе.
А.Палладио
Несмотря на то, что понятия «тектоника» и «архитектоника» изначально имеют архитектурно-строительное лингвистическое происхождение, почему-то получилось так, что их охотно стали использовать в самых различных сферах человеческой деятельности, начиная с всемирной геополитики и кончая техникой зубопротезирования. В самой же архитектурно-строительной сфере знаний эти понятия применяются сегодня весьма редко, несмотря на то, что слово архитектоника прямо переводится с древнегреческого языка именно как архитектура (1). Как это ни странно, но впервые тектоническая тематика была связана с архитектурой только в середине 19 века в книге идейного «отца» конструктивизма, немецкого археолога Карла Беттихера «Тектоника эллинов» (2). К сегодняшнему дню в архитектуроведческих исследованиях (3,4,5) и учебниках для архитектурно-дизайнерских школ (6,7,8) сформировалось общепринятое представление о тектонике как о специфическом средстве композиционного мастерства архитектора. Однако, если ознакомление студентов с такими базовыми композиционными понятиями как, например, динамика-статика, массивность-легкость и т.д. и т.п. осуществляется сегодня через выполнение учебных упражнений, то знакомство с понятием «тектоника» происходит только на уровне общих абстрактных рассуждений. Некоторые особенности тектоники зданий изучаются в МАрхИ, по методике Ю.Н.Герасимова (9), но знакомство происходит только на основе графических сопоставлений тектонических систем различных памятников архитектуры (рис.1). Нигде никаких учебных упражнений с тектоникой, как средством архитектурного формообразования, насколько мы информированы, не выполняется. Более того, в недавно вышедшем объемном учебном пособии по композиции для начального архитектурного образования, авторы которого, как они утверждают, основываются на теоретическом наследии ВХУТЕМАСа, понятия «тектоника» вообще нет (10). Учебные упражнения выполняются только на уровне макетирования из бумаги и картона, что приводит к тому, что у учащихся формируется композиционное мышление через выполнение невесомых декоративно-бутафорских бумажных моделей. По мнению одного из ведущих идеологов в сфере отечественного архитектурно-дизайнерского образования Д.Л.Мелодинского, от композиционных упражнений «на тектонику» пришлось отказаться, так как «уменьшенные композиционные модели, отвлеченные от материалов и конструкций и представленные только геометрической формой не вскрывают логику взаимодействия силовых напряжений и не дают возможности проникнуться тектоническими ощущениями»(11). Поэтому базовые учебные пособия для студентов архитектурно-дизайнерских специальностей ограничиваются только геометрическими и культурологическими аспектами изучения тектоники (11,12,13). И это несмотря на то, что тектоника, по мнению выдающегося отечественного теоретика архитектуры А.И.Некрасова (рис.2), является основным архитектурным понятием (14). Очевидно, что такое вопиющее противоречие связано с особой спецификой тектоники. В обобщенном виде, основываясь на определении этого термина различными исследователями, понятие тектоники можно попытаться совокупно сформулировать как «некий художественный образ, сообщающий нам об особенностях работы конструкций данного здания или сооружения». И именно в сочетании решения художественно-образных задач с инженерно-конструкторскими расчетами заключается особая трудность изучения тектоники. Поскольку такого сочетания достичь очень трудно, то это и является, на наш взгляд, главной причиной почти полного отсутствия тектонических мотивов в современном архитектурном образовании и практике. То, что сегодня доминирует на улицах наших городов можно вслед за А.И.Некрасовым (14) и Б.Николаевым (15) обозначить как бутафория. Полагаем, что неослабевающее внимание к творчеству Якова Чернихова связано именно с тем, что найденные им образы имеют убедительную тектоническую выразительность (рис.3-7).
Напрашивается предположение, что микроскопический объем и формальность изучения тектоники в архитектурных школах является основным фактором, удерживающим качество современных архитектурных решений на низком уровне. Главным образом, это связано с тем, что студенты, а, впоследствии, и архитекторы, не умеют работать с художественным образом конструкций, так как изучение их свойств, происходит на крайне упрощенном и шаблонном уровне. Даже в древней и средневековой архитектуре, тому, что принято сегодня называть тектоникой, уделялось гораздо больше внимания. Несмотря на то, что в трудах Витрувия, Альберти и Палладио эти вопросы рассматривались на примитивном эмпирическом уровне, архитекторам ранних исторических периодов удавалось получать весьма высокохудожественные результаты в практической работе. Характерен пример с Андреа Палладио, который, не имея никакого архитектурного образования, пришел в профессию из простых каменщиков и впоследствии, став уже знатным архитектором, собственноручно изготавливал некоторые профили и элементы для своих построек, т.е. постигал тонкости тектонического мастерства не через бумажные макеты, а через реальную пластическую работу с реальным материалом (16).
В настоящее время изучение работы конструкций перешло из сферы эмпирических наблюдений в сферу целого ряда серьезных научных дисциплин – сопротивления материалов, статики, теоретической механики и т.д. однако абстрактные научные модели и теоретические расчеты оказались для архитекторов настолько сложными, что о какой-либо связи конструкций с художественным образом пока остается только мечтать. Почти во всех исследованиях по тектонике подчеркивается, что, поскольку тектоника образно выражает работу скрытых в материале и конструкции сил, то архитектор должен очень хорошо разбираться в особенностях работы этих сил. Однако, для того, чтобы архитектору достичь более-менее приличного уровня в конструировании, ему фактически необходимо получить еще одно образование – конструкторское, что на сегодняшний день представляется практически невероятным. Кроме того, хорошее знание работы конструкций еще не является гарантией того, что архитектор сумеет найти выразительные тектонических образы. Поэтому, актуальной следует признать задачу по существенной корректировке учебных программ архитектурно-дизайнерских школ. При этом, сегодня развитие конструкторского образования архитектора может быть достигнуто не за счет количественного увеличения академических часов, а за счет повышения качества содержания специальных конструкторских дисциплин, в первую очередь, через повышения наглядности изучаемого материала. Отличную основу для решения этой задачи могут дать появившиеся в последнее время новые программные продукты по расчету конструкций. Мы предполагаем, что адаптация этих продуктов к специфике архитектурно-художественного проектирования позволит студентам-архитекторам более интенсивно осваивать конструкторские дисциплины. Такие новейшие продукты как COSMOS/M, SolidWorks, SCADoffis и др., позволяют современному проектировщику в предельно наглядном виде изучить как работает и деформируется конструкция в тех или иных условиях (рис.8-13). Наглядность результатов и автоматизация расчетов, может помочь проектировщику перейти от погружения в многостраничные абстрактные расчеты к виртуальной художественно-пластической «лепке» и тектонизации проектируемой формы, имеющей оптимальное конструктивное решение. На фоне стремительного развития уровня программного обеспечения эта задача кажется перспективной и реально выполнимой. Можно предположить, что через какое-то время функции инженера-конструктора станут доступными обычным пользователям-проектировщикам, имеющим архитектурно-дизайнерское образование. В качестве аналогии можно привести пример с массовым освоением такой функции как управление автомобилем, что раньше было доступно только специалистам.
По нашему мнению, начало данному исследовательскому направлению по формированию цельного архитектурно-конструкторского проектного мышления, было положено еще в 1905 году инженером Б.Николаевым (15). Проведенные им обширные теоретические исследования и лабораторные испытания по изучению деформации различных материалов под нагрузкой, позволили ему сделать вывод, что сохранившиеся, так называемые каноны в архитектуре зачастую имею не выгодную, с точки зрения работы конструкций, форму - «Подобно тому, как глупый переписчик в погоне за красотою букв искажает самый смысл священной книги, последующие поколения, не будучи в силах создать что либо подобное по духу, по силе логики старым греческим и византийским образцам, создали ту мишурную, бутафорскую архитектуру, которою пробавлялось человечество до самого последнего времени». Б.Николаев утверждает, что «…пора бросить мертвую идею, что форма может иметь канон: форма должна быть так же бесконечно разнообразна, как бесконечно разнообразны создающие ее условия, и единственный «стиль», которого должен добиваться художник в своих произведениях, это — стиль природы». В итоге исследователь делает смелый и далеко идущий вывод: «Если художники-архитекторы не настолько чутки, чтобы уловить разницу во внутреннем достоинстве красоты, если для них всякая красота безразлична, то по счастью есть деятель сильнее бессознательного «творчества», и этот деятель заставит бросить устаревшие каноны красоты развалин. Этот деятель — выгода. Если при одинаковом эффекте формы одна форма будет стоить в 4 раза дешевле другой, то, в конце концов, выгоднейшая выйдет победительницей, хотя бы ее не поддерживали академии всего мира» (15).
Отход от формальных канонов и поиск оптимальных конструктивных решений стал возможен в нашей стране только через много десятков лет после опубликования этой новаторской работы Б.Николаева. Созданная в 1970-м году в ЦНИИТИА лаборатория архитектурной бионики под руководством архитектора Ю.С.Лебедева, проделала в этом направлении феноменально емкую теоретическую и практическую работу, как по обобщению мирового опыта, так и по созданию собственных оригинальных наработок (17, 18). Творческий коллектив лаборатории, состоящий из архитекторов, конструкторов, биологов, математиков и специалистов других направлений, успешно решал междисциплинарные задачи архитектурного формообразования на основе выявленных в живой природе законов и принципов формообразования. Исключительно важным представляется тот факт, что уже в то время ставились и решались задачи по автоматизированному поиску оптимальных конструктивных решений. Сотрудником лаборатории конструктором В.Г.Темновым уже в 70-е годы, когда еще не было никаких персональных компьютеров, на основе метода конечных элементов, успешно решались сложнейшие конструкторские задачи.
Особая ценность результатов работы лаборатории Ю.С.Лебедева заключается еще и в том, что помимо изучения конструктивных основ формообразования, подробно были рассмотрены также тектонические аспекты бионической архитектуры. По мнению Ю.С.Лебедева, тектоника является особым средством гармонизации архитектурной формы - «Если на выходе к конструкции прибавилось «Нечто», прибавилась вторая реальность, то конструкция стала одухотворенной. Произошла опоэтизация конструкции. И появилась архитектура как искусство»(17).
Научный задел, сформированный лабораторией Ю.С.Лебедева, оказался настолько содержательным, что даже сегодня, двадцать лет спустя после прекращения деятельности лаборатории, полученные результаты кажутся некими сигналами из далекого будущего. Только сегодня появляются некоторые возможности для того, чтобы хоть как-то продолжить работу в этом направлении. Тем более, что в отличие от развитых стран мира, где бионические исследования (19,20) и практические внедрения (рис.14-19) никогда не прекращались, в нашей стране архитектура, основанная на бионических и тектонических принципах так и не получила никакого развития.
Для того чтобы попытаться войти в эту сложнейшую и многоплановую тему, предварительно рассмотрим вопрос о невозможности обучения студентов «тектонированию» на уменьшенных макетах. Дело в том, что изменение масштаба является очень существенным фактором, влияющим на работу конструкции, что было отмечено еще Витрувием (21). В своем трактате он приводит рассказ о родосском архитекторе Диогнете, на примере которого он показывает, что «…вещи таковы, что на модели он кажутся правдоподобными, но, будучи увеличены, разваливаются» (кн.Х,16,5). Любопытно, что Леон Баттиста Альберти не обратил никакого внимания на эту мысль Витрувия и проблему масштабности фактически не заметил (22). Впервые подробно, на научном уровне эта проблема была рассмотрена знаменитым итальянским ученым Галилео Гилилеем только в 17 веке (23).
Рассмотрим особенность действия масштабного фактора на исключительно простом и наглядном примере. Произведем расчет предельно допустимого пролета балки сделанной из гипса и имеющей квадратное поперечное сечение размером метр на метр. По расчетам получаем, что пролет такой самонесущей балки будет равен 15,2 метрам. Если сделать больше, то она просто-напросто разрушится под действием собственного веса, равного 35 тоннам. Теперь уменьшим эту балку в масштабе ½. Высота и ширина ее станут равны 50 сантиметрам, а длина – 7,6 метрам. Расчеты показывают, что данные параметры не являются предельно допустимыми. Более того, на эту, уменьшенную копию балки можно даже сверху положить груз равный 2,3 тоннам или 52% от собственного веса балки (4,37 тонны). Уменьшим нашу балку еще в два раза. В этом случае, по расчету, балку сможет выдержать груз, равный уже 73% от веса балки (рис.20). Следовательно, получаем простейшую закономерность, известную по эмпирическим наблюдениям еще в античные времена, чем меньше абсолютные размеры конструкции, тем большую относительную нагрузку она может выдержать. С точки зрения изучения архитектурной тектоники приходим к утверждению, что абсолютные размеры конструкции являются фактором формообразования, очень существенно влияющим на композиционный замысел. Для предельной наглядности данного утверждения можно вспомнить хрестоматийное сопоставление пропорций слона и комара – если увеличить комара до размеров слона, то он не взлетит.
Следующим фактором, влияющим на особенности формообразования архитектурных объектов, на наш взгляд, следует считать фактор хронической деформации формы. В работе Б.Николаева (14) действие этого фактора было рассмотрен достаточно подробно еще сто лет назад. Однако, сегодня, благодаря новейшим научным достижениям, влияние этого фактора на процесс формообразования можно рассмотреть в предельно наглядном виде, понятном школьнику младших классов (рис.19). Для начала сформируем первоначальную обобщенную типологическую классификацию конструкций, опираясь на классическую работу М.И.Ерхова (24). По нашему мнению, она должна иметь следующие группы объектов:
1. Самонесущее сплошное тело;
2. Несущее нагрузку сплошное тело;
3. Самонесущая оболочка;
4. Несущая нагрузку оболочка;
5. Сетчатые конструкции.
Рассмотрим для примера особенности работы несущей конструкции сплошного тела, простейшим примером которой является колонна, т.е. сплошное тело, вертикальные размеры которого преобладают над горизонтальными. Зададим исходные установки:
1. Колонна, имея некоторый собственный вес, нагружается сверху некоторой равномерно распределенной нагрузкой;
2. Боковые и прочие нагрузки считаются несущественными;
3. Колонна имеет четыре варианта закрепления -
а) без защемлений (рис.21а);
б) защемление сверху (рис.21б);
в) защемление снизу (рис21в);
г) защемление снизу и сверху (рис.21г).
Как видно из рисунка, во всех вариантах закрепления, получаем различные картины деформирования формы колонны. Любопытно, что характер энтазиса во всех четырех случаях оказался отличным от классического энтазиса колонн античности и эпохи Возрождения, что говорит о справедливости выводов Б.Николаева. Вопрос о том, что в античных колоннах слишком много лишнего, неработающего материала уже рассматривался в работе (25). С точки зрения изучения характера форм, важно отметить, что оптимально работающая колонна должна иметь не выпуклый энтазис, а наоборот – вогнутый (25).
Полученные результаты предварительно можно обозначить как некую новую сферу знаний с условным названием – конструктивная морфология (термин введен в научный оборот выдающимся отечественным ученым А.А.Любищевым (26)).
С этой, конструктивно-морфологической точки зрения, в следующей нашей работе будут подробно рассмотрены все обозначенные выше типы конструкций, а сейчас обозначим пунктиром еще одну тему.
Детальное изучение особенностей работы конструкций дает возможность сделать следующий исключительно важный шаг в сфере архитектурного формообразования — производить обучение поиску форм конструкций, являющихся оптимальными по тем или иным заданным критериям.
Не вдаваясь пока в детали данного направления, проиллюстрируем данный подход на предельно простой конструкции кронштейна (рис.22), представленной в известной монографии И.Б.Михайловского (27). Из приведенных им четырех вариантов кронштейнов, попытаемся определить, какой же из них является наиболее оптимальным. Условимся, что оптимальность задается простейшим критерием минимизации используемого материала, работающего равномерно напряженно во всех участках. В ходе осуществления процедуры топологической оптимизации, получаем, что вариант № 2 является наиболее близким к оптимуму. Образно говоря – топологическая оптимизация позволяет подобно скульптору отсечь в конструкции все лишнее (рис.22). Разумеется, выбор наиболее понравившегося кронштейна можно произвести и без инженерных расчетов – просто, «на глазок», в расчете на интуицию. И вот здесь мы прикасаемся к теме обоснования красоты конструкций. На наш взгляд, воспринимаемая человеком конструкция, «рассчитывается» в его «подсознательном компьютере» на предмет ее оптимальности и жизнеспособности. Если подсознание признает ее оптимальной, то она оценивается как красивая. Известно, что знаменитый авиаконструктор А.С.Яковлев утверждал: «не знаю почему, но некрасивый самолет не полетит» (рис.23-26).
Дополняя конструктивную тематику, хотелось бы обозначить еще один вектор дальнейших исследований. Нам показалось любопытным, как выдающийся отечественный теоретик архитектуры В.Ф.Маркузон описывает свои впечатления от восприятия форм Базилики Палладио (рис.27), – «Масса кладки стены сведена к минимуму: в ненагруженных участках стены даже вырезаны круглые отверстия. Материал представляется полностью напряженным. Кажется, стукни по камню – и он зазвенит» (28). Эта цитата представляется нам исключительно важной, так как она указывает на отдаленную аналогию между строительной конструкцией и неким звучащим музыкальным инструментом. Мы предполагаем, что научное обоснование для связи этих весьма далеких объектов может лежать в теории резонанса. Полагаем, что эта тема может стать предметом для отдельного большого исследования.
Завершая эту поисковую работу, отметим, что в теории и истории архитектуры созвучное научное обоснование для конструктивно-морфологического подхода можно найти в трудах выдающегося австрийского искусствоведа Ганса Зедльмайра. В своих исследованиях он противопоставляет «стилистическому анализу» школы Вельфлина, принцип «структурного анализа». По мнению Н.Брунова такой подход «позволяет искусствоведу более полно анализировать конкретные архитектурные произведения, чем это было возможно при помощи стилистического анализа» (29). Подобный подход прослеживается и в исследовании А.И.Некрасова, который пришел к мысли, что изучение генетики тектонических образов на протяжении всех времен и у всех народов может привести к переписыванию заново истории искусств (14). Для осуществления этой огромной работы, выполняемой в сибирской ссылке, А.И.Некрасову удалось сделать очень много. Но самое важное, что, на наш взгляд, он успел сделать, это сформулировать приоритетную задачу перед архитектурным образованием - «…воспитать воображение для восприятия образа действующих сил, перетекающих друг в друга…». Сегодня, 60 лет спустя, эта задача кажется особо актуальной и, что очень важно, реально достижимой.


БИБЛИОГРАФИЯ:

1. Греческо-русский словарь. Под ред. Вайсмана. СПб. 1899.
2. Botticher. Die Tectonik der Hellenen. Einleitung und Dorika. Potsdam. 1844.
3. Маркузон В.Ф. Архитектурный стиль и законы тектоники., "Архитектура СССР", 1941, № 2 с.43-46.
4. Очерки теории архитектурной композиции. М.1960.
5. А.И.Иконников, Г.Степанов. Основы архитектурной композиции. М.1971.
6. Объемно-пространственная композиция. Учебник для ВУЗов. Под ред.А.В.Степанова. –М., 1993.
7. В.Г.Бархин. Методика архитектурного проектирования. М. 1993.
8. УМК по дисциплине «Принципы инженерного творчества». проф., д.т.н. Ханхасаев Г.Ф. Улан-Удэ. 2007.
9. Герасимов Ю.Н. Методика архитектурного анализа. М. 1977. http://marhiv.ru/metod.htm
10. Основы архитектурной композиции. Стасюк Н.Г., Кисилева Т.Ю., Орлова И.Г. М. 2004.
11. Мелодинский Д.Л. Школа архитектурно-дизайнерского формообразования. М.2004.
12. Шубенков М.В. Структурные закономерности архитектурного формообразования. М. 2006.
13. Азизян И.А. Теория композиции как поэтика архитектуры. М. 2002.
14. Некрасов А.И. Теория архитектуры. М. 1994.
15. Николаев Б. Физические начала архитектурных форм. Опыт исследования хронических деформаций зданий. СПб. 1905.
16. Григорян Ю. Каменщик. / Проект Россия №50. 2009.
17. Архитектурная бионика. Под.ред. Ю.С.Лебедева. М.1990.
18. Бюттнер О., Хампе Э. Сооружение - несущая конструкция – несущая структура. М. 1983.
19. Macdonald A. J. Structure and Architecture. Edinburg. 1994.
20. Charleson A.W. Structure as Architecture. Oxford. 2005.
21. Витрувий. Десять книг об архитектуре. М.1936.
22. Зубов В.И. Архитектурная теория Альберти. СПб. 2001.
23. Галилей Г. Беседы и математические доказательства… М. Л. 1934.
24. Ерхов М. И. Теория идеально пластических тел и конструкций. М. 1978.
25. Радзюкевич А.В., Щербатых С.В., Рябов С.С. Опыт использования современных методов расчета конструкций на материале форм памятников архитектуры. http://a3d.ru/architecture/stat/195
26. Любищев А.А. проблемы формы систематики эволюции организмов. М. 1982.
27. Михайловский И.Б. Архитектурные формы античности. М. 1949.
28. Маркузон В.Ф. Некоторые аспекты творчества Палладио. Сб. «Андреа Палладио и мировая художественная культура». М.1999.
29. Зедльмайр Г. Первая архитектурная система средневековья. Сб. История архитектуры в избранных отрывках. М. 1935.
Рис 1.
Рис 1.
Рис 2.
Рис 2.
Рис 3.
Рис 3.
Рис 4.
Рис 4.
Рис 5.
Рис 5.
Рис 6.
Рис 6.
Рис 7.
Рис 7.
Рис 8.
Рис 8.
Рис 9.
Рис 9.
Рис 10.
Рис 10.
Рис 11.
Рис 11.
Рис 12.
Рис 12.
Рис 13.
Рис 13.
Рис 14.
Рис 14.
Рис 15.
Рис 15.
Рис 16.
Рис 16.
Рис 17.
Рис 17.
Рис 18.
Рис 18.
Рис 19.
Рис 19.
Рис 20.
Рис 20.
Рис 21.
Рис 21.
Рис 22.
Рис 22.
Рис 23.
Рис 23.
Рис .24
Рис .24
Рис 25.
Рис 25.
Рис 26.
Рис 26.
Рис 27.
Рис 27.
дата выставления: 02.11.2009
Комментарии
11.12.2009 автор
Спасибо, style, за прекрасную ссылку. Думаю, что у "оптимально-конструктивного стиля" может быть своя, эстетически значимая, семантика. Сколько можно "лепить" элементы ордера направо и налево? И на банк и на заводоуправление и на колхозный клуб... Хрущевка рассчитывалась на предельно дешевый конструктивный вариант. Но, согласитесь, что никакой тектоники в хрущевках нет.
10.12.2009 style
И еще одна реплика: то за что ратует многоуважаемый мною автор очень похоже на архитектуру будущего и на… некий «неоконструктивизм». Только не случилось бы так, что при достаточно полной реализации представленной методики проектирования в жизнь вдруг получится некая неохрущевка, ведь она тоже в свое время тщательно рассчитывалась «на предмет оптимальности». Забвение семантической стороны, исторического значения архитектурной формы в очередной раз может лишить человека его исторической памяти, традиции, возможности культурного, национального и личностного самоопределения. А ведь практически от семантики не так-то просто отмахнуться. Сегодня, когда люди заказывают архитектору проект, например, банка или его интерьер в классическом стиле, они готовы переплатить за «конструктивную нерациональность» ради того, чтобы выразить смысл – традиционность, надежность, незыблемость все системы. Как же найти гармонию, чтобы человек оставался человеком, а камень – камнем, но «очеловеченным»?
10.12.2009 style
Вот ссылка на реальный учебный проект, выполненный, как кажется, по методике, сходной с вашей http://architektonika.ru/2008/09/12/factoreef.html
05.12.2009 культуролог
Использование термина архитектоника вне архитектурной тематики означает то, что теоретики архитектуры затронули в своем творчестве глубинную философскую проблематику, к их же чести.
21.11.2009 автор
Еще более сложный вопрос! В целом, сам ордер изначально тектоничен. Но если элементы ордера приклеивать к зданию, то они начинают выполнять декоративную функцию. Получается, что в здании действуют определенные скрытые силы нагрузок и напряжений, но прикрыты они "вывеской" сообщающей о совсем иных силах...
21.11.2009 f-fr
спасибо, теперь понял. а можно ли утверждать что современная архитектура, выполненная в классических формах (стилях), к тектонике отношения не имеет?
20.11.2009 автор
Очень хороший вопрос! Фима, не забывайте, что каноны в античности возникали в результате эмпирической работы с многотонными каменными глыбами, а не в результате бумажного макетирования или вычерчивания всяческих загибулин в автокаде. Фактически вся тенденция пропорций ордерных систем сводится к постепенному утонению колонн и увеличению пролета. Т.е. к уменьшению общей массы. И все эти "каноны" всегда менялись. Им не к чему "привязаться". Пропорции вторичны. Реальная, более менее оптимальная работа материала - первична.
19.11.2009 f-fr
ээх. можно проследить татлина/австрийский модерн и их приложение к современной архитектуре. попытки тектонических поисков в формальном плане есть, даже очень удачные, но школы и конструктивного/технологического обеспечения таковых нет. Хадид, например, довольно близка, но там столько металла вбухано внутрь, ужас просто. Хотя на дизайнерских объектах многим удается достить совершенства. И все-таки - античные исходники строились по тектонике или по канону? материал играл большую роль чем композиция?
13.11.2009 Gaukler
Йа не робот, не видно что-ли?!! Вот постоянно тектоникой занимаюсь, а тут еще и эта статья, значит правильно занимаюсь. Спасибо за поддержку.
Страницы: 1всего страниц: 1
Добавить комментарий:
Текст *:
Подпись:
Нам нужно убедиться, что вы не робот (программа), поэтому просим вас написать проверочный код - символы, которые вы видите на этой картинке:
Проверочный код:
Популярные статьи
раздела Статьи
Галереи
Широкоформатный
дизайн

N.ORT/Technogym

N.ORT/ MARTINI Mobili

N.ORT/Rimadesio

При использовании материалов журнала прямая ссылка на источник обязательна!
Объявления   Подписка   Архив   Карта сайта   Реклама   Реплики и образы   Блоги   Поиск:
 
НОВОСТИ КОНКУРСЫ ДИЗАЙНЕРЫ ДЕКОРАТОРЫ ВИТРИНА РЕЙТИНГИ
Проекты     Концепции     Статьи     Постройки     Персоналии     Материалы и технологии